«Я до сих пор переживаю потерю своего дела». Три истории о закрытии любимого бизнеса
В 2025—2026 годах бизнес столкнулся с множеством вызовов: две налоговые реформы, падение покупательской способности, блокировки соцсетей. На этом фоне некоторые проекты были вынуждены закрыться. Например, по данным Контур.Фокус, в начале 2026 года закрылось 209 000 компаний МСБ — это на 9% больше, чем за аналогичный период 2025.
Т‑Бизнес секреты собрали истории трех предпринимателей о том, как они справились с потерей любимого бизнеса и какие планы они строят на будущее.
Екатерина Ерохина: «Долго не могла признаться, что бренда больше нет»
Я делала классную акцентную одежду для таких же людей, как я, которые ценят свободу и самовыражение. Бренд запустила в 2013 году: сначала отшивала одежду маленькими партиями и участвовала в маркетах — первые клиенты пришли именно оттуда. Потом доросли до розницы: у меня были корнеры в Атриуме и Авиапарке в Москве. За это время успели поработать и с оптом, и с мультибрендовыми площадками, и с маркетплейсами.
Сложности начались еще в пандемию. Тогда я законсервировала бизнес: на несколько месяцев перевела людей на частичную оплату труда. За счет маркетплейсов и продаж через сайт мы как‑то проскочили этот период. После 2022 года, когда ушли западные бренды, был кратковременный ажиотажный спрос, а потом начались трудности. Выросла конкуренция, бренды начали копировать друг друга. При этом покупательская способность падала, а вместе с ней и продажи.
Нашей маржи не хватило, чтобы компенсировать растущие расходы. Выросла аренда, цены на ткань, стоимость пошива, зарплатные ожидания сотрудников. Не было ни одного контрагента, который не повысил бы платежи за услуги.
Кассовые разрывы начались в начале 2025 года. Мы ждали, что естественный рост спроса весной покроет убытки, но этого не случилось. В мае я поняла: из минуса мы уже не выберемся и лучшим решением будет закрыть бизнес. На банкротство подаваться не стала: погашала задолженности перед поставщиками, подрядчиками и кредиторами из личных средств.
Когда дело терпит сложные времена, ты остаешься завершать один то, что начал, — и это очень сложно. Мне пришлось экстренно выходить из всех договоров: вывозить офис, собирать оборудование и распродавать мебель на Авито. На момент закрытия у меня почти не было сотрудников — помогали друзья и знакомые. Помимо решения проблем бэк‑офиса, я дорабатывала последний месяц в корнере. Приходили самые лояльные и преданные клиенты бренда, мне хотелось уделить им время, но такое переключение непросто далось как морально, так и физически.
Мне было тяжело признаться публично, что я закрываю бизнес. Какое‑то время я продолжала вести Инстаграм* как обычно и не говорила напрямую, что бренд завершает работу. Только когда закрыла долги и практически реализовала сток, я смогла признаться, что бренда больше нет.
Я до сих пор переживаю потерю своего дела. Мне было тяжело отделить себя от своего бренда — пришлось обратиться за поддержкой к друзьям и близким. И только через год у меня появились силы думать о новых творческих направлениях. Пошла учиться в школу ландшафтного дизайна, получила диплом и с нуля начинаю двигаться в этом направлении.
Новый бизнес запускать пока не планирую. Малым предпринимателям в фешене сложно конкурировать по цене с крупными компаниями и китайскими производителями. Я думаю, что кризис еще усугубится, и перспективы выхода из него я пока не вижу.
- Wildberries отключил продавцам опцию досрочного вывода денег
- Ozon значительно снизил тарифы для схемы FBS
- Татьяна Ким: часть товаров с атакованных складов в Петербурге удалось сохранить
- Беспилотники атаковали склады Wildberries в Ленинградской области
- Бренды объявляют распродажи товаров с WB на фоне атак на склады
- Ozon увеличил поддержку для новых ПВЗ: они могут получить до 5 280 000 ₽
Евгения Сагалаева: «Клиенты сочувствовали и грустили вместе со мной»
В моем проекте было много личного: моя давняя мечта создать свой уголок красоты, любовь к цветам. Я очень верила, что у меня получится успешный бизнес. Нашла необычное место: локацию в центре Новосибирска с витражом во всю стену. Я сделала ремонт и открылась в июне 2025 года. Аренда была дорогой, но мне казалось, что мы потянем.
У меня не получилось выстроить нормальную систему продаж. Я сделала фокус на клиентоориентированность и классный продукт: казалось, что, если делать красивые букеты, люди придут сами. Мы получили пять звезд в 2ГИС и бейджик «Хорошее место» в Яндексе. Но нужно было с первого дня заниматься активными продажами и маркетингом: сервис и продукт — это супер, но без продвижения о магазине никто не узнает.
С начала 2026 года даже постоянных клиентов стало меньше: цветы — товар не первой необходимости. Многие говорили, что стали реже дарить букеты без повода. А вот платежи росли как снежный ком: аренда, зарплата флористам и закупка цветов, которые тоже подорожали. Плюс налоги, которые догоняли как раз в момент, когда нужно было оплатить поставку: приходилось ужиматься и сокращать ассортимент.
Началом конца стало 8 Марта. Мы подготовились заранее: заказали 2 000 тюльпанов, за которые заплатили 100 000 ₽. Партия пришла некачественная, все пришлось выкинуть и срочно заказывать новые. Дальше я все больше тонула в трясине долгов. В июне поняла, что не смогу больше закрывать ежемесячные платежи и выплачивать долги.
О закрытии я рассказала в Инстаграме*: честно объяснила, с какими проблемами столкнулась. Было много трогательных сообщений: клиенты сочувствовали и грустили вместе со мной. Например, у нас был постоянный клиент, которому наш букет помог построить отношения: девушка оценила его вкус при выборе цветов. Пара очень расстроилась, что мы закрываемся: мы могли бы сделать им композицию на свадьбу.
Думаю, теплые комментарии и слова поддержки помогли мне пережить потерю бизнеса.
После закрытия я неделю спала по 20 часов в сутки: думаю, это была реакция на затяжной стресс, ведь с начала года я была в бесконечном режиме выживания и поиска денег. Мне было очень стыдно за то, что не смогла. Больно осознавать, что столько сил и денег вложила в никуда. Я жалела об ошибках и думала, что после закрытия мне больше не быть предпринимателем.
Сейчас у меня 500 000 ₽ долга. Несмотря на это, я снова думаю открывать новый проект. Теперь я стала умнее и, думаю, с учетом анализа ошибок и опыта смогу сделать лучше — так что новый цветочный не за горами.
'%20fill='none'/%3e%3cpath%20fill='%23ffdd2d'%20d='%20M%20104.72%200.00%20L%20112.15%200.00%20Q%20106.48%207.74%20100.12%2014.37%20C%2091.89%2022.97%2081.81%2029.47%2071.49%2035.26%20Q%2061.95%2040.62%2051.54%2043.77%20C%2044.52%2045.90%2036.57%2046.85%2028.99%2047.67%20Q%2027.29%2047.86%2025.66%2047.43%20Q%2025.42%2047.37%2025.35%2047.61%20L%2025.26%2047.91%20A%200.45%200.44%2017.2%200%200%2025.56%2048.47%20C%2028.12%2049.22%2035.16%2050.72%2036.90%2052.43%20Q%2038.92%2054.39%2036.21%2054.48%20Q%2033.33%2054.58%2029.50%2053.79%20Q%2019.39%2051.71%209.25%2049.83%20C%207.27%2049.47%205.11%2048.66%203.49%2047.83%20Q%200.61%2046.36%203.73%2045.50%20Q%204.67%2045.25%206.46%2044.38%20Q%2010.76%2042.31%2026.76%2034.35%20C%2030.51%2032.48%2037.88%2029.46%2041.00%2033.59%20A%200.92%200.91%20-35.3%200%201%2040.77%2034.91%20L%2029.13%2042.42%20Q%2027.57%2043.42%2029.42%2043.22%20C%2053.59%2040.61%2073.35%2028.09%2091.94%2013.14%20Q%2099.20%207.31%20104.72%200.00%20Z'%20/%3e%3c/svg%3e)
Елизавета Долгинова: «Философия бренда помогает мне двигаться дальше»
Запустила бренд аксессуаров в 2024 году, чтобы воплощать свои идеи. Я графический дизайнер и арт‑директор, но мне всегда хотелось попробовать себя в бизнесе: побыть одновременно в роли заказчика и исполнителя.
Sunshine failure родился из моей философии легкого отношения к неудачам. Миссия бренда — помогать людям проще переживать проблемы и видеть свет даже в пасмурные дни. Все вещи бренда — яркие и дофаминовые. Например, у нас есть брелок‑монетница в форме лимончика: он напоминает, что из любой негативной ситуации, которую подбрасывает судьба, можно сделать лимонад. Для одежды мы создали принт «legalizing failures, they make the most interesting stories» — легализуем неудачи, они создают самые интересные истории.
Бренду не удалось выйти на стабильный заработок. С начала 2026 года продажи упали на 50% по сравнению с 2025: из‑за кризиса люди в последнюю очередь думают о покупке розовой сумочки.
Wildberries был для нас основным источником дохода, и также по нам сильно ударило повышение комиссии: вначале мы платили около 20%, а в 2026 уже приблизились к 50%. Весной у нас обычно пик продаж, но в апреле мы заработали только 70 000 ₽ чистой прибыли.
Я начала бояться тратить деньги на эксперименты. С марта не могла решиться потратить даже 50 000 ₽ на тест идеи. Тогда я поняла, что надо закрываться. Предпринимательство — это про смелость, умение адаптироваться к сложностям, менять продукт под условия рынка. А я все‑таки дизайнер: для меня возможность создавать необычный продукт важнее, чем продажи. Людям сейчас скорее нужны базовые вещи.
За эти почти три года прошла целая жизнь: я самостоятельно запустила более 10 товаров в разных категориях, участвовала в офлайн‑маркетах, продюсировала все наши съемки. Я вложила в проект огромное количество труда и очень рада, что он существовал.
За время работы с брендом я так прониклась идеей, что неудачи — это лишь способ сделать жизнь чуть интересней, что даже закрытие бизнеса не воспринимаю как провал. Провалов вообще не существует: если не получилось, значит, это не мое. Верю, что найду что‑то более подходящее для себя.
Сейчас мы распродаем все, что осталось. Запустили ликвидацию на сайте и Wildberries, чтобы побыстрее очистить склады. Мы продолжаем работать с клиентами в формате B2B и будем продвигать этот формат дальше. Также я продолжаю работать как арт‑директор и креативный продюсер. В дальнейшем планирую продолжать предпринимательство, но, скорее всего, не в сфере товарного бизнеса.
* Принадлежит компании Meta, признанной в России экстремистской.
Расскажите свою историю закрытия бизнеса.