«Это мой третий пожар на складе»: как селлеры работают после атак на склады Wildberries
Из‑за атак беспилотников в ночь на 18 июля 2026 года пострадали два крупных склада Wildberries: в Электростали в Подмосковье и в Котовске Тамбовской области.
Незадолго до атаки, 7 июля 2026 года, Wildberries изменил условия оферты. Теперь утрата или повреждение товара из‑за атаки БПЛА считаются обстоятельствами непреодолимой силы — то есть площадка не обязана возмещать ущерб.
Однако основательница компании Татьяна Ким сообщила, что Wildberries оценивает последствия, чтобы определить объем выплат продавцам. Оценка займет до 30 дней.
Поговорили с четырьмя предпринимателями, которые продают на Wildberries, и спросили их, сколько они потеряли из‑за пожара и что планируют делать дальше.
Принять потери и перестроить логистику
Александр Ковальский — сооснователь бренда гипоаллергенной бижутерии «Слонвиш», которую продает на маркетплейсах более пяти лет. Компания потеряла 1 380 позиций, по цене продажи — примерно на 1,7 млн рублей. На складе в Электростали хранилось до 50% всей продукции, потому что это обеспечивало быструю доставку до покупателя.
«Я считаю, что это предпринимательский риск, и не сильно расстраиваюсь. Ну, случилось. Но обсуждать, как все плохо, не вижу смысла. Лучше прогуляться, обнять жену, заняться делом.
Это третий пожар на складе маркетплейса, в котором мы потеряли товары. И он наверняка не последний. Поэтому продолжаем работать».
Александр планировал наращивать объемы производства и выводить больше людей на сборку изделий: до пожара товарных остатков хватило бы примерно на два месяца работы, а после — только на месяц.
После пожара 18 июля компания собиралась перевезти поставки на другие московские склады, однако в ночь на 22 июля БПЛА попал в склад в Краснодаре — третий по объему хранения для бренда «Слонвиш». Из‑за этого Александр меняет стратегию.
«Опасаемся, что удары по складам Wildberries продолжатся, поэтому меняем стратегию:
- оставляем около 10% товара на складах, которые считаем относительно безопасными, рассматриваем Екатеринбург и Санкт‑Петербург;
- переходим на FBS и будем отгружаться дважды в сутки».
- Россияне впервые за восемь лет снизили зарплатные ожидания
- Мировой тренд: ИТ‑специалисты теряют интерес к работе из‑за внедрения ИИ
- Бизнес в России перестает удерживать увольняющихся сотрудников
- Дата‑центр Яндекса в Калуге поврежден из‑за атаки БПЛА
- Яндекс Маркет завершил реферальную программу для селлеров
- Сумма штрафов бизнесу за нарушения при найме мигрантов выросла на 22% за год
Страховать товары и отправить остатки на другие площадки
Никита Смирнов управляет несколькими магазинами селлеров как владелец агентства blvd‑tech, партнера Ozon и Яндекс КИТ.
«У некоторых клиентов был товар в Электростали, но суммы ущерба разглашать не готов. На 100% от повторения защититься нельзя, но у нас есть план, как минимизировать риски:
- отвезти товары на другие склады;
- усилить присутствие на Ozon;
- все страховать.
Мы еще до этих событий включили страховку от Ozon и Ингосстраха для партии товара стоимостью 200 млн рублей».
По мнению Никиты, сейчас многие крупные селлеры будут страховать свои товары, несмотря на то что это увеличит расходы.
Взять паузу и не делать резких движений
Анастасия Павлова — владелица бренда и производства текстиля LeoHome. Потери — около 10% от всех товаров на складах маркетплейса, продажная стоимость — около 250 000 ₽. Объем потерь относительно небольшой, потому что стратегия Анастасии — не хранить на складах помногу, но делать еженедельные поставки.
«Прямо сейчас ничего менять не буду, потому что сейчас я могу сделать слишком поспешные выводы. Я возьму паузу и подумаю.
Вижу, что многие предприниматели планируют перейти на FBS или на прямые доставки товара покупателю с помощью транспортных компаний. Я особого смысла в этом не вижу: прилететь может в любой склад, а все поставки так или иначе проходят через склады.
Вероятно, часть продавцов уйдет. Значит, моя задача — сохранить и, возможно, приумножить свою долю рынка».
Снижать объем партий и хранить на одном складе не более 10%
Максим Димитров — сооснователь бренда базовой мужской одежды Cave, которую продает на маркетплейсах около 13 лет. Убыток по себестоимости — около 1 млн рублей.
«Повезло, что на этих складах у нас было относительно немного товаров. На возврат и компенсации я не надеюсь, судиться с площадкой за них не буду. Думаю, что делать дальше. Предварительный тактический план:
- снизить глубину отгрузок с полутора‑двух месяцев до двух недель;
- на центральные склады отгружать чаще, два раза в неделю вместо одного;
- растить долю FBS, чтобы держать товары под контролем на своем складе;
- отгружать больше на дальние склады, от Екатеринбурга и дальше на восток.
Главное стратегическое решение, чтобы защититься от катастрофы: держать не больше 10% товара на одном складе, даже если Wildberries будет рекомендовать иное».
Компания Cave планирует диверсифицировать распределение остатков: хранить их на разных маркетплейсах, региональных складах, нескольких фулфилментах. Кроме того, наращивать продажи через свой интернет‑магазин. А еще — изучать условия страхования товаров.
Остается неясным, получат ли селлеры компенсацию от Wildberries, будет ли она добровольной или придется обращаться в суд. Возможно, действие последней редакции оферты распространяется не на весь объем товаров.
«Можно попробовать доказать, что на товар, который привезли на склад до 7 июля 2026 года, действуют старые правила, когда БПЛА в оферте не упоминались. Это возможно, если в оферте у селлера нет пункта, что он согласен применять любые правки задним числом».
Антон Дыбов
Юрист, эксперт Т‑Бизнеса
Как вы оцениваете свои потери? Что планируете делать?