Практика импортозамещения. Кейс студии веб‑разработки для руководителей и собственников

В этой статье расскажем о ситуации на рынке, и о том, как нас самих коснулось импортозамещение.

Два этапа импортозамещения

Особенно остро эта задача проявилась в ИТ. Цифровая инфраструктура есть практически у любого крупного бизнеса, поэтому уход зарубежных разработчиков затронул не отдельные продукты, а целые технологические системы: от операционных систем и баз данных до корпоративного ПО и инструментов разработки.

Импортозамещение в российском ИТ прошло два очень разных этапа.

С 2022 по 2024 год всё выглядело понятно: указы президента, госсектор массово закупает отечественные решения, рынок растёт примерно на 22% в год. Было ощущение большой волны, которая подхватывает всех. По итогам 2024‑го рост составил почти 19%, в 2025 году российский ИТрынок завершил год в фазе устойчивого роста, хотя темпы его развития замедлились по сравнению с рекордным 2024м, и достиг объема около 3,85 трлн рублей, согласно данным TAdviser и Computerra.

В 2025 году высокая ключевая ставка сделала длинные дорогие проекты экономически невыгодными. Бюджеты стали считать внимательнее.

При этом сам процесс никуда не делся. Раньше заказчики брали отечественное ПО, потому что оно российское и есть в реестре. Сейчас этого недостаточно. В центре внимания — зрелость решений, способность масштабироваться, качество поддержки и готовность работать по правилам регуляторов.

Почему это не быстро

Есть популярное заблуждение, что импортозамещение — это взял иностранную программу, написал похожую, готово. Это не так.

Во‑первых, нельзя заменить одно решение в отрыве от остального. Вся система завязана на интеграции, на привычных процессах, на том, как люди работают каждый день. Меняешь один элемент, за ним тянется всё остальное.

Во‑вторых, задача не в том, чтобы воспроизвести то, что было. Клон иностранного продукта никому не нужен, особенно если клон хуже оригинала. Нужно решение, которое действительно работает для российского рынка и российских задач. Это совсем другая история по сложности.

Наталья Касперская в статье сформулировала это жёстко: «Давайте будем честны: импортозамещение — это шаг назад, а никак не шаг вперед. Мы берем системы, которые у нас были, и пытаемся воспроизвести их российские аналоги. То есть мир идет куда‑то вперед, а мы топчемся и воспроизводим то, что мир делал предыдущие 10–30 лет». В этом есть правда. Пока отрасль восстанавливает то, что ушло, мировой рынок двигается вперёд.

Что получилось, а что нет

Но есть места, где разрыв до сих пор большой:

• железо — полноценного собственного чипа пока нет;
• тяжелое промышленное ПО: CAD, ERP, АСУ;
• инструменты для разработчиков — здесь отставание от мирового рынка особенно заметно.

Это не значит, что там ничего не происходит. Просто эти задачи на порядок сложнее, и быстро их не решить.

Как мы заменили Jira, Notion и Excel одним собственным продуктом

Пока рынок осваивал импортозамещение как концепцию, мы занимались им на практике. В AIR PRODUCTION мы заменили несколько иностранных инструментов собственной разработкой AirDocs:

1. Jira / Asana / Wrike (управление проектами) → AirDocs.
2. MS Project (диаграмма Ганта, планирование) → AirDocs.
3. Notion / Confluence (база знаний, документооборот) → AirDocs.
4. Excel / Google Sheets (сметы, финансовый учёт) → AirDocs.

Это история про то, как в ситуации, когда ни одно из готовых решений не закрывало нашу конкретную задачу, мы разработали собственный продукт, параллельно импортозаместив иностранные аналоги. Мы два года строили AirDocs под собственные процессы. В качестве технологического стека были выбраны: Go и Vue.js — без лицензионной зависимости от западных вендоров, а PostgreSQL вместо коммерческих баз данных. Сейчас через платформу проходит около 60% выручки компании, ошибки при составлении финансовых документов упали до нуля, время на подготовку отчётности сократилось с пяти рабочих дней до получаса.

Что делать бизнесу прямо сейчас?

До 2028 года критическую инфраструктуру обяжут перевести на российское ПО. Это серьёзный срок с серьёзными требованиями. Те, кто начал заранее, сейчас в куда более удобной позиции, чем те, кто ждёт.

Мы в AIR PRODUCTION видим это по запросам: компании ищут людей, которые умеют работать с отечественным стеком, понимают специфику интеграции и не теряются, когда документация к решению написана хуже, чем хотелось бы. Таких специалистов мало, и спрос на них реальный.

Главный вывод

Импортозамещение состоялось как факт. Спорить с этим уже бессмысленно. Вопрос теперь в другом: насколько то, что мы строим, действительно хорошо работает.

Если говорить о нашем подходе — мы оцениваем инструменты по тому, как они работают, а не по тому, где разработаны

Стабильность, удобство интеграций, качество поддержки — вот что влияет на результат. Хорошо, когда отечественное ПО отвечает этим требованиям. Именно тогда выбор в его пользу становится осознанным, а не вынужденным.

Рынок отечественного ПО сейчас активно формируется, и это естественный процесс. Продукты дорабатываются, команды набирают опыт, решения становятся зрелее. Показатель зрелости вендора — когда заказчик, однажды начав работать с продуктом, остаётся с ним осознанно. Именно это и есть настоящий тест на качество.