Кому открываются финансы

Зачем открывать финансы

Открытые финансы — это модель, позволяющая финтех‑компаниям, разным финсервисам получать доступ к данным пользователей, с их согласия, через безопасные системы открытых API. Важно не путать open finance с концепцией open banking, которая касается исключительно банковских продуктов (платежи, счета, кредиты). Именно открытый банкинг стал катализатором развития финтеха в Европе и Великобритании.

Директива PSD2, которая обязала европейские и британские банки открыть для сторонних платежных сервисов API, вступала в силу в ЕС поэтапно с 2018 года. В Великобритании открытый банкинг был запущен как отдельная система поверх требований PSD2, и за год объем запросов по API в месяц в стране вырос в 14 раз. В июле 2025 года число запросов по Open API составляло 2 млрд, а количество пользователей составило уже 15,16 млн, а. То есть, каждый третий совершеннолетний британец пользуется сервисами, работающими с Open banking.

В России, конечно, свой путь. Во‑первых, наша банковская система на момент внедрения открытых финансов уже гораздо более развита с технологической точки зрения, чем традиционные европейские банки на момент внедрения открытого банкинга. Во‑вторых, ЦБ РФ не ограничивается только банкингом. PSD2 коснулась только платёжных сервисов, наши открытые финансы охватывают также инвестиционные, страховые, и другие финансовые направления.

Как идет реализация

При этом порядка 20 организаций уже находятся в процессе тестирования работы по единым стандартам Open API. Банки запускают сервисы, позволяющие видеть в одном приложении счета из разных банков, получать выписки и управлять частью операций через единый интерфейс. Наиболее наглядный пример — это, пожалуй, мультибанкинг Т⁠-⁠Банка. Клиенты видят в одном приложении баланс своих счетов в ВТБ, Альфа‑Банке и Сбере, могут и переводить деньги между ними без комиссии и управлять картами и счетами в одном приложении.

Отдельные пилоты идут и в корпоративном сегменте: тестируется обмен данными по счетам бизнеса, интеграции с бухгалтерскими системами и сервисами финансового управления. Одновременно продолжается разработка инфраструктуры согласий — системы, через которую пользователь сможет разрешать или запрещать передачу собственных персональных данных между финансовыми организациями. Эту платформу Банк России развивает совместно с Минцифры на базе «Госуслуг». Пока она остаётся в стадии тестирования, как и значительная часть инфраструктуры Открытых финансов в целом: участники рынка продолжают согласовывать единые требования к безопасности, форматам обмена данными и процедурам подключения.

Пороги на пути

У модели сейчас есть несколько серьёзных барьеров. Это и незавершённая нормативная база, и вопросы к инфраструктуре согласий, без которой обмен клиентскими данными не сможет работать полноценно, и технологическая неоднородность самого банковского сектора. Даже при наличии единых стандартов далеко не все банки готовы открывать доступ к своим данным, и делать это быстро и безопасно. Нужна перестройка внутренних ИТ‑систем, риск‑менеджмента и мониторинга. Существенным прогрессом можно будет считать, если к 2028 году пять‑семь крупнейших банков смогут полностью открыть инфраструктуру для внешнего подключения.

В европейской модели открытого банкинга определяющим стало наличие венчурного капитала, который был заинтересован финансировать длинные технологические проекты. В России за последние годы объем венчурных инвестиций сократился до минимальных значений, кредитные деньги для технологических компаний остаются слишком дорогими, продолжает уменьшаться и рынок M&A.

При этом вход в банковский финтех остаётся крайне дорогим. Для работы с открытыми API необходимо выстраивать полноценную инфраструктуру безопасности, комплаенса и интеграций сразу с несколькими финансовыми организациями. Это не запуске мобильного приложения и не тестирование MVP за пару месяцев, а длинный цикл разработки, требующий команд, сертификации, поддержки и постоянного сопровождения. Запуск конкурентоспособного решения в этой сфере может потребовать сотен миллионов рублей инвестиций и не менее года разработки ещё до выхода на рынок.

Так что сейчас мы видим, что инфраструктура открытых финансов создается так, что главными бенефициарами могут стать вовсе не финтех‑стартапы, ради которых эта модель задумывалась, например, на Западе. На практике наибольшую выгоду могут получить сами банки, а также связанные с ними экосистемы и маркетплейсы. Те, у кого уже есть миллионы клиентов, простой доступ к ресурсам, настроенные процессы безопасности и комплаенса, а затраты на интеграции по Open API можно распределить по всей экосистеме.

Чтобы модель открытых финансов стала инструментом развития конкуренции, следующим шагом неизбежно должны стать меры по снижению порога входа на рынок для стартапов. Речь может идти как об упрощении технического подключения и стандартизации инфраструктуры, так и о специальных режимах для финтех‑компаний: регуляторных песочницах, льготах, механизмах софинансирования или других формах поддержки длинных технологических проектов. И времени на это остаётся не так много. Пока рынок только формируется, окно возможностей для появления новых игроков ещё открыто — но по мере развития банковских экосистем вход в него будет становиться всё дороже и сложнее.

Что с этим делать предпринимателю

Для компаний главным становится не столько поиск новой идеи, сколько выбор правильной стратегии выхода на рынок. Самостоятельный запуск финтех‑продукта становится все более капиталоемким, поэтому реалистичнее строить развитие вокруг партнерств с банками, маркетплейсами и крупными цифровыми платформами, где уже есть клиентская база, инфраструктура и необходимые ресурсы.

Не менее важно правильно выбирать направление развития продукта. Наиболее устойчивый спрос сегодня формируется не вокруг массовых потребительских сервисов, а внутри бизнес‑процессов компаний: автоматизации финансового учета, управления денежными потоками, платежей и обмена финансовыми данными. Именно b2b‑сегмент пока остается менее насыщенным и дает больше возможностей для создания новых решений.

Еще на этапе проектирования продукта необходимо учитывать затраты на информационную безопасность, комплаенс, сертификацию и выполнение требований к работе с данными. В модели Open Finance это уже не следующий этап после масштабирования, а базовое условие выхода на рынок. Снизить стоимость первых экспериментов могут помочь регуляторные песочницы и пилотные проекты, позволяющие протестировать продукт в контролируемой среде, отработать взаимодействие с потенциальными партнерами и устранить критические недостатки до масштабного запуска.

Наконец, Open Finance формирует рынок с длинным инвестиционным циклом. От начала разработки до появления устойчивой выручки может пройти несколько лет, поэтому предпринимателям важно заранее учитывать длительный срок окупаемости проекта и выбирать источники финансирования с учетом этой новой реальности. В ближайшие годы успех, скорее всего, будет определяться не способностью создать еще один универсальный финансовый сервис, а умением найти свое место в формирующейся инфраструктуре новой реальности отечественного финтеха.