Как управлять бизнесом, доставшимся в наследство: антикризисный подход на примере производства

«Ремонт‑прогресс» — семейная столярная мастерская из Подольска, в которой делают мебель премиум‑сегмента из ценных пород дерева. Основные заказчики — студии интерьерного дизайна.

В 2011 году, спустя 17 лет существования, цех закрывался. Крупные заказы, выставки, участие в легендарном «Квартирном вопросе» остались в прошлом. Большую часть оборудования распродали, работали трое: маляр и два столяра.

Сегодня эта же мастерская сотрудничает с московскими студиями дизайна интерьера и b2g‑сектором. Предприниматель Максим Трофимов рассказал о том, как реформирмировал отцовский бизнес из 90‑х, приняв первый заказ сразу на 50 арочных окон.

Отец долго не пускал меня в этот бизнес

Ты владелец «Ремонт‑прогресса» уже 15 лет. Сейчас у тебя есть имя среди московских дизайнеров интерьера, ты выигрываешь тендеры на госзаказы. Но так было не всегда. Расскажи, как ты наследовал бизнес?

В 2011, когда я пришёл, остались один маляр и два столяра. Оборудование почти распродали. Заказов практически не поступало.

Отец вообще долго не пускал меня в этот бизнес. Для заказчиков и поставщиков я был бы просто сыном своего отца, а не самостоятельным владельцем. Я сразу понял, что наследовать — это когда ты получаешь подарок и тратишь его по своему усмотрению, а тут я буквально вычерпывал воду из корабля, заделывал пробоины. И только потом пустился в плавание.

Он тебе не доверял?

Думаю, отчасти это так. В 2011 году мне было 23. Я только закончил университет по специализации «Финансы и кредит». Работал продажником, но предпринимательского опыта у меня и в помине не было. Тем более, речь шла о руководстве целым производством. С продажами мне бы было намного проще.

Ты не упоминаешь, что работал в штате производства, но говоришь, что сразу стал владельцем. Расскажи, где случился поворотный момент?

Отец попросил помочь со срочным заказом на объект — требовалось 50 арочных окон. Изготовление таких изделий требовало от меня полной отдачи. Я сам закупал пиломатериал, краску, фурнитуру, закладывал бюджет на косяки, искал рабочих. Сделать такие объёмы три человека в цеху просто не могли. Через 1,5 месяца мы сдали все 50 окон заказчику. К тому моменту в моём штате было уже 8 рабочих.

Какой вывод ты сделал из первого опыта?

Наследовать — это когда ты получаешь подарок и тратишь его по своему усмотрению, а тут я буквально вычерпывал воду из корабля, заделывал пробоины. И только потом пустился в плавание

В результате вы выясните, почему бизнес перестал приносить прибыль: найдёте узкие места в производстве и оптимизируете затраты.

Самое сложное после кризиса — поиск заказов

У отца оставалась клиентская база. Стал ли ты сотрудничать с ними? Как тебе удалось нарастить поток заказов?

Мне перестало хватать заказов, которые приходили по сарафанному радио. Штат вырос. Поэтому клиентскую базу пришлось формировать самому. В ход пошли навыки холодных продаж: я обзванивал дизайн‑студии и предлагал мебель из ценных пород дерева под индивидуальные проекты.

А со старыми заказчиками, кстати, мы до сих пор поддерживаем теплые отношения. Для них я был сыном отца только вначале. Потом все поняли, что у меня есть собственный взгляд на ведение бизнеса.

Я вынужден постоянно двигаться вперёд, иначе производство встанет

Что самое сложное в работе сейчас?

Что помогает тебе не выгорать?

Не могу сидеть на месте, без движения, впечатлений:

• спорт — уже 2 года состою в клубе мотоциклистов;
• путешествия по России — в Краснодарский край, в Башкирию;
• современное искусство — собираю коллекцию полотен абстракционистов.

Хотел бы ты, чтобы твой сын унаследовал бизнес?

Возможно. Если он не найдёт иного призвания. Но у него тоже всё будет по‑другому. Своя модель и свои принципы ведения дела.